стафф новости Всякое Мозг Мучжины На заметку Архивчик

Ла Бургонь

Ла Бургонь

Уже через два дня после гибели парохода «Ла Бургонь» одна американская газета писала: «В истории трагедий на море, сохранившихся в памяти человечества, подобного еще не было». И это истинная правда, не зря эту трагедию прозвали «Кровавым кораблекрушением» и даже «Варфоломеевским утром».

Роковое столкновение

Еще не наступил рассвет, когда капитан английского парусного корабля «Кромантишир» Оскар Хендерсон поднялся на палубу. Его разбудил вахтенный штурман, которому он приказал поднять его в случае ухудшения видимости. На океан опустился плотный туман, и видимость была почти нулевая. Подобные туманы были привычны для района острова Сейбл, к которому приближался корабль. Сейбл называли «Островом призраков», он печально прославился своими коварными песчаными отмелями.

Однако Хендерсона больше волновали не эти отмели, а потенциальная возможность из-за тумана столкнуться с другим судном. Единственное успокаивало капитана — его корабль находился на трассе, где все суда шли в одну сторону. «Кромантишир» шел со скоростью в 5—6 узлов, каждые две минуты в его носовой части раздавался протяжный звук туманного горна. Вскоре на палубу вышла жена капитана, которую разбудил звук туманного горна.

Именно она, прогуливаясь вдоль правого борта, услышала где-то впереди гудок парохода и сообщила об этом мужу. Хендерсон предположил, что гудок ей только послышался, но его супруга не согласилась с ним и ушла в каюту проведать своих детишек. Стоило ей уйти, как штурман Александр
Стюарт, который нес вахту, также услышал отдаленный гудок парохода.

Спустя минуту звук гудка донесся яснее, а вскоре и совсем отчетливо. Внезапно раздался буквально истошный вопль матроса Хэлли, впередсмотрящего «Кромантишира»: «Судно слева по носу!»

Тут и капитан Хендерсон увидел впереди вынырнувшее из тумана судно с четырьмя мачтами без парусов. Большой пароход быстро приближался под острым углом слева направо по отношению к курсу его парусника. Капитан метнулся к штурвалу, пытаясь изменить курс и избежать столкновения, но было уже поздно.

Раздался жуткий треск, звон бьющегося стекла, послышались отчаянные крики. Своим 15-метровым наклонным бом-утлегарем «Кромантишир» пронзил шлюпку, находящуюся впереди ходового мостика неизвестного парохода, разрушил мостик и разворотил среднюю надстройку. Уже обломившийся утлегарь разбил еще две шлюпки, далее в ход вступил уже стальной бушприт парусника, который, словно таран, пропорол верхнюю часть борта парохода на протяжении не менее полусотни метров.

Оба судна продолжали свое движение вперед, удар был скользящим. Как потом выяснилось, пароход несся в тумане со скоростью в 17 узлов, а у «Кромантишира» было 6 узлов. 4-тонный якорь парусника по правому борту был приготовлен к отдаче и висел над клюзом. Именно этот якорь оказался роковым для судьбы парохода. Вонзившись своим рогом в борт парохода, якорь сыграл роль своеобразного консервного ножа, содрав его обшивку в нескольких местах у самой ватерлинии. Кроме этого якорь выбил около двух десятков иллюминаторов нижней палубы, проделал большую дыру в корпусе парохода позади его машинного отделения. После этого якорная цепь лопнула, и якорь остался в борту парохода ниже ватерлинии.

Свою лепту в разрушение парохода внес и острый форштевень «Кромантишира», который вошел внутрь его корпуса на пять метров, сделав пробоину в несколько квадратных метров ниже уровня воды. Напоследок суда еще раз ударились бортами и расцепились. Изуродованный четырех-мачтовый пароход быстро исчез в тумане.

Смертельные раны «Ла Бургони»

Столкновение двух судов произошло 4 июля 1898 года около 5 часов утра в 6о милях к югу от острова Сейбл. Позже эту трагедию на море назовут «Варфоломеевским утром» по аналогии с Варфоломеевской ночью, когда в 1572 году в Париже произошла массовая резня гугенотов католиками.
На пароходе, который пострадал от столкновения, также произошла самая настоящая резня, и пароход этот был французским.

Пароход назывался «Ла Бургонь» и принадлежал фирме «Компани Женераль Трансатлантик». Он был построен в 1885 году и представлял собой довольно внушительное судно длиной 150 метров и высотой борта 10,5 метра. Хотя судно несло четыре мачты, главным его движителем была паровая машина системы «Компаунд» с 12 котлами, мощностью 9800 лошадиных сил. Этот пассажирский лайнер мог развивать скорость до 18 узлов и принять на борт 1500 пассажиров.

«Ла Бургонь» обслуживала североатлантическую линию вместе с двумя другими серийными пакетботами — «Ла Шампань» и «Ла Гасконь». Для пассажиров первого и второго классов все эти суда предоставляли прекрасно оборудованные каюты с электрическим освещением. Были на этих кораблях и несколько отсеков для перевозки эмигрантов.

В этом роковом для парохода рейсе, в который он вышел утром 2 июля 1898 года из Нью-Йорка, на его борту было 597 пассажиров и 128 членов экипажа — всего 725 человек. Из знаменитостей среди пассажиров был известный русский борец Юсупов, после выступлений в Америке он возвращался в Европу.

3 июля в районе острова Сейбл «Ла Бургонь» попала в густой туман, в котором она шла и всю ночь на 4 июля. Капитан парохода, видимо, не хотел опаздывать в конечный пункт плавания, поэтому судно даже в густом тумане шло полным ходом, пронзая его пелену постоянными гудками. До сих пор остается загадкой, почему этот пароход оказался на 160 миль севернее трассы, предназначавшейся для судов, идущих на восток. Получилось, что «Ла Бургонь» каким-то образом оказалась на трассе для парусных судов, плывущих из Европы в Америку.

Удивительно, но эти губительные для судна ошибки — высокую скорость в тумане и значительное отклонение от своей трассы — совершил опытный и уважаемый на французском флоте капитан Делонкль. Он был награжден орденом Почетного Легиона, отличался знанием морского дела и высокой культурой. Это был его второй рейс на «Ла Бургони», до этого он командовал другими лайнерами.
На французском корабле около 5 утра также услышали звук туманного горна парусного судна. Об этом тут же доложили на мостик, но штурман Делинж даже не успел что-либо предпринять, столь стремительно развивались события. Столкновение произошло раньше, чем «Ла Бургонь» успела сбавить ход или отвернуть в сторону.

При столкновении бушпритом «Кромантишира» на ходовом мостике лайнера были сразу убиты штурман Дюрон, впередсмотрящий и рулевой. Штурман Делинж сумел добраться до уцелевшей тумбы машинного телеграфа и перевел его рукоятки на «стоп». В пробоину парохода в районе котельного отделения мощным потоком хлынула вода, и оно было быстро затоплено. Несколько кочегаров обварило паром из порванных паропроводов.

Через считаные мгновения после столкновения на разрушенном мостике оказался капитан Делонкль. Он приказал матросам откачивать воду ручными помпами, хотя по-нимал, что корабль это уже не спасет. «Ла Бургонь» дала крен на правый борт, долго продержаться на воде она не могла. Делонкль решил сделать попытку выбросить пароход на песчаные отмели Сейбла, но до них было около 6о миль. Он перевел ручки машинного телеграфа с положения «стоп» на «полный вперед». Каким-то чудом машина лайнера заработала, и пароход рванулся к спасительным отмелям.

Однако уже через пять минут были залиты водой топки второго котельного отделения, пароход оседал правым бортом все глубже, вода начинала поступать внутрь уже через пробоины, которые минуты назад находились выше ватерлинии. Паровая машина остановилась, «Ла Бургонь» лишился хода, положение было катастрофическим.
Палуба парохода была забита кричавшими людьми, а они все прибывали и прибывали, спасаясь из затопляемых водой помещений. На правом борту из уцелевших шлюпок висела всего одна, и она уже была переполнена, а пять шлюпок левого борта из-за крена завалились на палубу. К единственной шлюпке, спущенной на воду, в которой было более 50 человек, от парохода плыли люди, прыгнувшие за борт. Пытаясь залезть в шлюпку, они перевернули ее.

Делонкль приказал оставшимся в живых офицерам в первую очередь сажать в шлюпки женщин и детей, после этого он пожал каждому руку, попрощался и остался один на разрушенном мостике. На пароходе было десять шлюпок, из них три оказались разбиты во время столкновения. Многие понимали, что оставшихся шлюпок явно не хватит на всех.

Среди пассажиров «Ла Бургони» находились уцелевшие члены команды одного австрийского парохода, незадолго до этого потерпевшего крушение у берегов Америки. Тогда они почти побывали на том свете и, спасшись только чудом, вдруг вновь оказались перед лицом смерти. Этого оказалось достаточно, чтобы они превратились в настоящих зверей, решивших спастись любой ценой. Австрийские моряки стали с помощью ножей и револьверов прокладывать себе путь к спасательным шлюпкам. Их пример оказался заразительным, итальянские эмигранты, составлявшие большую часть пассажиров третьего класса, тоже достали ножи…

Надо отметить, что сначала команда «Ла Бургони» честно выполняла свой долг: женщинам помогали сесть в шлюпки, передавали им детей, находили места для стариков. Под руководством второго штурмана в одну из шлюпок левого борта были благополучно усажены женщины и дети, она практически была спущена на воду, когда в нее по тросам с палубы стали спускаться обезумевшие итальянцы. Их не останавливали ни мольбы матерей, ни крики испуганных детей, они перегрузили шлюпку, и она заполнилась водой, все ее пассажиры оказались в воде. Таким же образом была потоплена и вторая шлюпка. Тем временем озверевшие австрийцы пробились сквозь толпу к большому катеру, закрепленному на носовой палубе. Они просто столкнули его в воду и попрыгали вслед за ним. Одному из офицеров «Ла Бургони» удалось заполнить женщинами и детьми шлюпку по левому борту, оставалось спустить ее на воду, это он доверил матросам, а сам пошел заниматься посадкой пассажиров в другую шлюпку. Однако при спуске оставленной им шлюпки заело блок кормовых талей, она так и осталась висеть на талях носом вниз.

«Ла Бургонь» продолжала заваливаться на правый борт, под угрозой воды оказалась уже главная палуба. Офицеры парохода пытались навести какой-то порядок, но их уже никто не слушал, паника захлестнула пассажиров, а действия австрийских моряков и итальянских эмигрантов только подлили масла в огонь. На носу парохода матросы раздавали спасательные жилеты, здесь непрерывно дрались, вырывая друг у друга этот шанс на спасение. У матросов не было времени на объяснения о том, как пользоваться жилетами, поэтому некоторые завязывали их слишком низко, прямо на талии. Это стоило им жизни, позже на месте катастрофы были обнаружены десятки трупов, которые плавали вверх ногами.

Психика обезумевших людей не выдерживала.

Один мужчина сошел с ума и с огромным кухонным ножом забрался в шлюпку, висевшую у борта на талях. Он никого в нее не пускал, размахивая ножом. Только после того, как его удалось оглушить, шлюпку стали спускать на воду. Увы, в этот момент из-за резкого крена рухнула кормовая дымовая труба.

Оттяжкой падающей трубы перерезало пополам жену пассажира по фамилии Арчард. Он в это время с двумя детьми сидел в еще не спущенной шлюпке, на которую и упала труба. Несчастного мужчину выбросило из шлюпки в воду, а дети его утонули. Арчард попытался взобраться на находящийся рядом плот, но на него обрушились проклятья матросов «Ла Бургони». Один из офицеров выругался и прокричал: «Черт с ними, с пассажирами! Пусть сами спасаются. Будь у меня пистолет, я бы их всех перестрелял!»
Уже позже, когда шло судебное разбирательство, всему миру стали известны многие шокирующие подробности разыгравшейся во время гибели «Ла Бургони» трагедии. Австрийцы и итальянцы буквально отшвыривали женщин и детей от последних оставшихся на борту парохода шлюпок, самое страшное, что так же стали поступать и матросы из команды «Ла Бургони». Очевидцы рассказывали, как они вытаскивали пассажиров из шлюпок и занимали их места.

Во время судебного процесса пассажир Мак-Кеоун рассказал, как на его глазах итальянцы просто зарезали трех или четырех женщин, пытавшихся занять места в шлюпке, а их тела ногами вниз спихнули в воду. А пассажир Чарльз Дуттвейлер показал на суде ножевые раны на голове, которые ему нанес кто-то из команды «Ла Бургони». Американский священник Август Пурги, француз Шарль Лиебра и американец Христофер Брунен, которым посчастливилось спастись, рассказывали: «Французские матросы, спасая свою шкуру, как звери набрасывались на беззащитных женщин и отгоняли их от шлюпок».

Пассажиры, которые поняли, что место в шлюпке им уже не найти, собрались на палубе под мостиком, где стоял капитан парохода. Он, как мог, ободрял их, советовал, как правильно прыгать за борт, когда пароход начнет опрокидываться. Делонкля дома ждали жена и пятеро детей, но он до самого последнего мгновения держался мужественно и сохранял самообладание. А это было очень тяжело, ведь на его глазах тонул пароход и гибли доверившиеся ему люди.

Рядом с ходовым мостиком матросы пытались спустить на воду последнюю оставшуюся шлюпку. Чтобы исправить сломанное устройство шлюпочных талей, надо было на время освободить шлюпку от забравшихся в нее людей. Однако никто из них, видя толпу готовых броситься в шлюпку людей, несмотря на уговоры капитана и офицеров, не покинул ее. Эта шлюпка так и пошла на дно вместе с пароходом…

Перед тем как пароход опрокинулся и ушел в пучину, на мостик к капитану поднялись второй штурман Дюпон и рулевой Деваль. Последний при погружении парохода был захвачен водоворотом и затянут на глубину, однако чудом сумел вынырнуть и залезть на днище перевернутой шлюпки.

Над «Ла Бургонью» сомкнулась вода, а люди продолжали свою борьбу за жизнь. Русский борец Юсупов продержался недолго, увы, он не умел плавать. Пытаясь спастись, люди плыли к шлюпкам, но там их встречал весьма нерадушный прием: их били по рукам и головам веслами, отпорными крюками, сталкивая обратно в воду. Итальянцу Мехелини Секондо неимоверным усилием удалось залезть в переполненную шлюпку. На него набросились и несколько раз ударили отпорными крюками, однако этот залитый кровью итальянец был очень сильным человеком. Ему удалось схватить проплывавший мимо обломок весла; обороняясь им, он убил пятерых нападавших…

После столкновения с пароходом у «Кромантишира» рухнули фор-стеньга и грот-брам-стеньга, они увлекли с собой два рея и порвали часть такелажа. Были потеряны бом-утлегарь, утлегарь и бушприт со всеми носовыми парусами, управляемость парусником была утрачена. Однако барк остался на плаву, да и из людей никто не пострадал.

Так получилось, что именно «Кромантиширом» были спасены оставшиеся в живых пассажиры и члены команды «Ла Бургони». Капитан английского парусника написал в своем отчете: «Мы увидели две шлюпки под французским флагом, которые гребли к нам. Мы просигналили им подойти к правому борту и узнали от них, что погибший пароход назывался «Ла Бургонь», что он шел из Нью-Йорка в Гавр. Когда мы подошли ближе, повсюду на воде виднелись люди, которые цеплялись за плававшие обломки».

С «Кромантишира» выбросили за борт около 30 тонн груза и стали принимать на борт спасшихся при крушении французского корабля. К часу дня к паруснику подошел пароход «Грешиан», он взял неуправляемый «Кромантишир» на буксир. Тем временем капитан Хендерсон с помощью офицеров подсчитал спасенных с «Ла Бургони». Оказалось, что из 725 человек, находившихся на борту французского парохода, спаслись только 164 человека, причем 105 из них составляли члены экипажа… Погибли 538 пассажиров и всего 23 члена экипажа. Среди спасенных была только одна женщина, и полностью отсутствовали дети!

Позже на судебном процессе выяснились ужасающие подробности этого кораблекрушения, и весь мир буквально содрогнулся, узнав о них. Об этом кровавом кораблекрушении писала почти вся мировая пресса, оно затмило собой многие международные события того времени. Например, нью-йоркская «Тайме» вышла в то время с крупным заголовком: «Это был французский корабль, и с него спаслась лишь одна женщина». Хотя французы славятся своим галантным обхождением с женщинами, в данном случае из 200 женщин, 50 грудных младенцев и 30 детей постарше посчастливилось спастись только одной женщине — Виктории Лакассе…

Судебное разбирательство установило виновных в убийствах, многие австрийские моряки и итальянские эмигранты под конвоем были отправлены во Францию. Из команды «Ла Бургони» в преступлениях были обвинены три матроса палубной команды. С капитана «Кромантишира» полностью сняли все обвинения, а вот капитан Делонкль был признан виновным, но он погиб вместе с кораблем. Из всех офицеров «Ла Бургони» в живых остался только штурман Делинж, но все очевидцы признали, что он вел себя достойно и не был причастен ни к каким преступлениям.



Добавить комментарий